Будапешт-Секешфехервар. Поездка в Нарнию детства

Ближе к одиннадцати перед моей дверью на общем балконе расшебуршались. Через матовые стекла разглядела, как две девицы пакуют вещи в железный шкаф, по террасе шныряют кошки, слышала детские голоса.

Continue Reading

Неделя 27. На бегу

Единственная отпускная неделя выдалась длинной, жаркой и перенасыщенной впечатлениями. Сама её и перенасытила. Съездила в Венгрию. Больше никуда не хотелось, но — не оставаться же дома!

Continue Reading

Три сестры. Век спустя.

“Синяя девочка” действительно утрачена, а зонтик и фетровую шляпу мы нашли в доме милого Аркадьича. Еще расписали стены зелеными буквами, — например, на кухне намалевали “Смерть Тарелкина” рядом с сушилкой для посуды.

Continue Reading

В джерси одеты, не в шевиот, — Еще песни детства

«Здесь вам не равнина,
Здесь климат иной,
Идут лавины одна за одной,
И здесь за камнепадом ревет камнепад.

И можно свернуть,
Обрыв обогнуть,
Но мы выбираем трудный путь,
Опасный как военная тропа…»

У него безукоризненные, хоть иногда и нарочитые, рифмы.: «…Дрянь купил жене и рад / А у Пеле — шевроле в Рио-де-Жанейро». Можно брать уроки.

Continue Reading

Чукоккала

обложка книги Чукоккала

Встретились мы позавчера спонтанно, вечер провели под красное чилийское. Стадии вспоминания порядка куплетов про «ветры-злые» и «есаул-догадлив-был» — предшествовала стадия вспоминания Леной её любимых стихов Ахматовой и Цветаевой. Контекст она вспомнила (литературный поединок, даже, как я назавтра вычитала в интернетах, борьба за поэтический трон!), а сам текст — увы, забыла.

Continue Reading

Что наделали конфеты, или С Черни в голове

пьеса Белочка

Учительница моя была из вольнонаёмных, энергично ударяла по клавишам цвета слоновой кости своими полными руками в кольцах, удлинёнными ярко-красными блестящими ногтями. При касании слышался цокот. Быстрее мелодия — энергичнее цокотали её пальцы.

Continue Reading