Рисовать зиму. Неделя 3

Новогодняя подсветка на Васильевском цвет

Неделя рисования чёрной масляной пастелью. Условия третьей недели марафона: выйти в поля, рисовать на свежем воздухе. Писать о том, что не удается, чего не получается.

Кое-кто честно вышел выполнять задание даже в двадцатиградусный мороз. А рассказы о том, что не получается, порой изумляют. Потому что о своих сомнениях пишут такие, казалось бы, корифеи, что куда уж мне, простому смертному…

В день рождения сына ничего умнее не придумала, как на скорую руку нарисовать бутылку просекко, торт да пару мандаринов, положенных для декору. Праздновали неслыханную цифру — 25.

Шампанское на день рождения

Мне, непрофессионалу, масляная пастель кажется неуклюжей даже в сравнении с углем. Пачкается, размазывается. Даже при условии, что я видела ролик, где пастелью рисовали подложив чистую бумажку под руку.

И всё же архитектура. Сжульничала слегка — не вышла на мороз, рисовала при открытом окне. Глядя на всё ту же улицу Марата, по которой идёт дребезжащий трамвай.

Вид на улицу Марата. Рисунок

И дома, и окно попыталась изобразить в перспективе, потому рамка рисунка перекошена — это рама окна.

Назавтра произвела почти такую же вылазку — и овец сберечь, и волков накормить. Десять минут провела на лестничной площадке. Из разбитого окна дуло.

Рисовала всё тот же наш многоступенчатый двор с майоликовым декором — даже дворовых — фасадов. Где Данила Багров пробегал в эпизоде, пряча оружие и засвеченную одежду в мусорном баке.

Окно на Марата. Набросок

Случайно прихватила из путешественного своего пенала коричневый мелок. Был так замурзан и до того облеплен чужими красками, что показался чёрным. Вот и добавила внезапно цвета в заданную условиями марафона чёрно-белую гамму.

Вечером следующего дня нашла случай быстренько порисовать на восьмиградусном морозе. Руки быстро замёрзли, хоть в свете оранжевых фонарей 6-й линии Васильевского было и не очень холодно.

Шестая линия ВО

Конечно, наврала с перспективой. Фонари (они справа) должны куда быстрее уменьшаться в размерах. Да и ближе к Неве чернота была совсем густая.

Субботняя пробежка к сестре на пробное новоселье. Сначала повеселилась над хищными снеговиками у дома. Кое-кому перепала самая настоящая морковка для носа. Но выражение лиц у них тем не менее самое предосудительное.

Снеговики у дома. Фото      Снеговики у дома. Пастель

Рисовала буквально две-три минуты, торопилась на почту. Там меня ждала волшебная открытка от Вячеслава Кислова. Кажется, он сам по совместительству волшебник.

У сестры из окошка зацепилась взглядом за детскую площадку. Эх, мне бы умения как у некоторых в группе! Такую бы красоту нарисовала… Вышло же вот что.

Вид из окна на детскую площадку    

И перспективу тоже надо бы учитывать. Не рисовать постоянно линии, параллельные сторонам листа бумаги.

Вечером следующего дня попробовала внять советам умельцев из группы. Масляная пастель должна хорошо ложиться на мелованную поверхность.

Попробовала срисовать, по летним впечатлениям, с фотографии. Для удобства перевела в ч/б фотографию того же собора Андрея Первозванного, что стоит на Шестой линии.

Собор Андрея Первозванного. Фото    Собор Андрея Первозванного. Пастель

Взяла мелованную бумажку — от рамки из Леруа Мерлен. Попробовала процарапать по нарисованному черенком кисточки. Не могу сказать, что результат понравился.

Через пару дней я тоже решила прогуляться до ближайшего в округе Фикспрайса. Знатоки в группе особенно хвалили мелованный картон за смешные деньги оттуда.

«Магазин закрыт! Совсем закрыт!» — кричала капслоком затёрханная бумажка на железной шторе, прикрывающей разруху и ремонт. Но я буду искать…

Назавтра рисовала на бумаге для принтера. Снова с фото, увы. Сделала снимок на Пушкинской, где автомобили не так застят перспективу.

Пушкинская улица фото    Пушкинская улица. Фонари. Пастель

Попробовала применить ещё и угольный карандаш, — для тонких линий. Но он всё же светлее по тону, и оказался не так хорош вместе с пастелью.

Недочёты замазывала белым корректором. Его же использовала для рам и карнизов, блестящих на «ярком полуденном» солнце декабрьского города. Нет, неудачно, — чтобы белую замазку было видно, сначала надо было плотнее тонировать.

Ну, и совсем безответственные почеркушки. Бежала печатать открытки. Пока совсем не стемнело, попыталась зарисовать Гостиный двор на Марата.

Мимо плотно ехали и многолюдно шли. Кажется уж совершенно привыкнув к рисованию на людях, я вытащила альбом и мелок и покалякала быстренько.

Гостиный двор на Марата    фонарь на лестнице в доме

И фонарь на лестнице бывшего доходного дома купца Бажанова. Пропорции у него не те, он куда изящнее. Тут пыталась верно передать тона.

Из того, что не получается, мало чего удалось вспомнить и написать. Скорее, наоборот, — появилось множество поводов к тому, чтобы «получалось». И группа «Быть Художником» — один из прекрасных к тому поводов.

Пусть как в песочнице, пусть в слегка искусственных условиях доброжелательных отношений внутри этого сообщества, — здесь хорошо. Здесь то самое пространство любви, о котором так здорово пишет Вячеслав.

You may also like