Неделя 31. И жизнь, и слёзы, и лимон

двор-колодец. Петербург

Врастаем в осень, вживаемся снова в уж позабытые за долгую жару привычные образы. Нахохлившиеся, укутанные в свои мрачные одежды обитатели 60-й параллели.

XIV.1. Садик у Владимирского собора, вопреки строгой табличке, открыт и после 18-00. Ну не чудо ли: в самом центре города — тихий, провинциально уютный уголок. Завсегдатаи — мамы с колясками, пенсионеры и прочие прихожане — в тот вечер не наблюдались, правда. Наверно, из-за непривычно позднего для них времени.

А мне повезло войти и полюбоваться и розами, и георгинами, и бледными безвременниками — это такое осеннее название для фиолетовых нежных цветов, которые весной все привычно зовут крокусами.

Колокольня Владимирского собора яблоня    Владимирский собор колокольня. Яблони

Ещё там — море яблок! И полноразмерных, и микро-ранеток. Карминных, алых до полупрозрачности. Отяжелили ветки дерев, висят себе, матовые, увесистые. А вверху — уже серое, почти бесцветное небушко. И колокольня Кваренги, ставшая в неумелых моих руках местами оранжевой.

XIV.2. Задумалась над почти уже непререкаемой идеей проекта: а надо ли рисовать каждый день? Когда совсем ничего не хочется, стоит ли портить лист бумаги, тратить краски? Высиживала весь вечер, так ничего и не придумала. Дождалась, что в голову пришёл образ яркого кленового листа.

Кленовый лист, пастель.

Автоматически изобразила его и натюрмортно пририсовала семечки-вертолётики. Ни в процессе, ни потом, — никакого удовольствия. Повторила себе вопрос: а так ли надо рисовать каждый день?

XIV.3. Зато назавтра нашла чем увлечься. Улица Фруктовая в городе Секешфехервар. Шла тогда в августе мимо на вокзал, чтобы ехать на Балатон. Остановилась сфотографировать мягко уходящую в сплошную зелень платановую перспективу.

Улица Gyumolcs в Секешфехерваре.    Секешфехервар. Улица Фруктовая, пастель.

Рисовала с фотки. Почему-то довольно проходной вид на обычную, в общем, улицу, внезапно стал затягивать. Как в воронку. Верный знак: понравилось рисовать самой — найдёт отклик у других. Так точно и вышло.

XIV.4. На работе схватила карандаш, черновичок на принтерной бумаге и, пока никто не видит, — раз-раз! — начеркала свой обычный стакан. Вода с лимоном и мёдом. Вечером вдохновившись настоятельным советом товарища, достала из загашника масло…

Рисунок карандашом. Стакан, лимон    Стакан, лимон. Картон, масло

В цвете он, конечно, лучше. Хоть и всё такой же второпях. Понравилось писать маслом на грунтованном акрилом картоне. С лета ещё остались картонки от коробок и колготок. Лежат, ждут.

XIV.5. В день рождения сестры. Как ни странно, эта — вполне себе постановочная — фотография двухнедельной давности вдохновила порисовать. И ещё тост, поднятый за нас друзьями тем же вечером. За то, что мы вместе. Мы с сестрой умилились до слёз.

Фото тени на дорожке    Рисунок фото тени на дорожке

Уехала и перспектива, и направление. Но рисовала с чувством. И попробовала наконец использовать — хотя бы для фона — акварель.

Правда, вышло как в рассказах «Клуба весёлых человечков», — те вспоминали весь вечер весёлые истории, и так ни одной не вспомнили. Акварель-то я достала и даже порисовала ею. Но всё равно сверху легла пастель двух видов и восковые карандаши.

XIV.6. То было осенеее равноденствие. Утренняя спонтанная мысль испечь осетинских пирогов пришла в гармонию с, как оказалось, народным обычаем.

Печь вообще, и именно круглую выпечку, в этот день категорически показано. Для соблюдения мирового баланса, гармонии и пр. Ушла на кухню, прикинулась язычницей. Солнцепоклонницей. Надо признать, тесто удалось в тот день на славу.

Осетинские пироги дома    Осетинские пироги масляная пастель.

Наконец извлекла вечером забытую масляную пастель. Получила большое удовольствие. Детали дорабатывала теми же масляно-восковыми карандашами. И корочку пирогов после выпечки тоже смазывала маслом. Сливочным. Наверно, потому они так жёлто лоснятся..

XIV.7. Стали наконец приходить моим адресатам открытки из Венгрии. Что писала — уж не упомню, да и то — месяц прошёл с тех пор. Потому с любопытством спрашиваю, а что там в тексте?

Почтовый ящик в Будапеште    Почтовый ящик в Будапеште. Масляная пастель

Тоже масляная пастель — ах, какой благодатный материал! И светлая по тёмной, в общем, может. Продолжим, пожалуй.

You may also like