Неделя 10. Ты думаешь, я бедный и голодный?..

Совершенно не понравилась тема недели. Не захватила и не привлекла. Потом, когда вдохновенные соученики стали постить невероятно красивые, богатые и разнообразные работы, сопровождая остроумными и просто за душу берущими комментариями, дело вдруг немного сдвинулось с мёртвой точки.
С мёртвой. Да-с. Макьюэн и здесь не оставил своими заботами. В «Амстердаме» у него все в конце умерли, превратив договорённость о дружеской эвтаназии во взаимное убийство.
А фейсбучный френд рассказал в ленте новостей очень простыми словами, что он видел во время только что пережитой клинической смерти. И что чувствовал. Хорошие новости оттуда, надо сказать.

    

64. Так вот. Задали нам персидскую миниатюру. Однокашники конечно же вспомнили «персидские персики, зелёный чай». А мне совсем что-то не задалось. После трудно пережитого де Сталя, который тем не менее к концу предыдущей недели вошёл практически в кровь и под кожу, тонкие вычурные линии истёртых изображений не приглянулись вовсе. Яркие краски? Отсутствие перспективы? Нет объёма? Ой-ой-ой. Как же это? Да и не считаю себя любительницей Востока. Отнюдь. Да-а-а-а…

Делать нечего, парня стреляющего по тиграм пришлось рисовать как худшее из предложенных зол. За рассевшихся по берегам водоёмов музыкантов и хитрованских луноликих мудрецов браться не хотелось уж совсем. Пусть парень, пусть тигр. Как-то ковыряла его в поезде Милан-Бергамо. За запылённым окном смотреть было особо не на что: пасмурно. Раскрашивать детсадовскую почеркушку принималась несколько раз, но после очередного раза руки опустились настолько, что испугалась за судьбу всего своего рисовального проекта, и просто перевернула страницу блокнота.

     

65. А в апартаментах на стене висела вот такая картинка. Красок с собой не было, пришлось разжиться толстенькими трёхгранными карандашами 12 цветов в ближайшем супермаркете. А как же иначе — персидская же миниатюра, там всё разноцветное. В группе были смельчаки, создававшие графические шедевры. Но я не из их числа, точно. Звёздочки на картинке казались наклеенными, из цветной фольги. Наверно, это так и есть. Как у Памелы Треверс, в кондитерской лавке унылых сестёр, в каждом прянике. И вообще — тема звёзд преследовала меня всю поездку.

    

66. Тоже с висевшей в апартаментах картинки. Когда вечерами внизу открывались рестораны, когда шум голосов начинал зашкаливать, когда Мюллер Тургау уже был невмочь, наступало время чиркать. Иногда в ущерб сну. Но с режимом дня в Милане тоже стали происходить удивительные дела: меня подбрасывало в 5:30 утра. И сразу наступала ясность мыслей, бодрость, и как ни уговаривала организм успокоиться и поспать, он готов был быть свежим и вставшим.

Именно в этот вечер внезапно пришло «микропрозрение». Что всё это: и шум из ресторанов, и самолётные звёзды, и мелкие ежедневные радости и горести, — всё пройдёт. Там, в Милане, рядом с древней красотой (впрочем, Рим-то подревнее будет), да на фоне буйной радости жизни — почему-то такая мысль подумалась отчётливо и — не ужасно.

Хотя, что это я — «внезапно». И совсем не внезапно. А утренний пост «Практик Ума» в телеграме, а тот же Макьюэн, а новости из фейсбука? Нет-нет, всё логично.

     

67. Тот же автор, похожая картинка, результат мне самой нравится куда меньше. Всё испортил толстый линер и не особо большое желание рисовать в тот вечер. Некоторые дни вообще бессовестно пропускала, к вечеру желая лишь «поесть, помыться, уколоться и забыться«.

     

68. Дюрер. Сподобились дойти до выставки в Палаццо Реале вечером первого рабочего дня. Опять звезда. Она приютилась в уголку зала о природных мотивах в творчестве великого нюрнбержца. И я таилась со своим телефончиком — не разрешали фотографировать. Удивилась «исполненности очей» практически всех его одушевлённых персонажей, особенно понравилась карикатура вот на эту женщину в каком-то письме:

А ещё меня тронул таракан в уголке «Поклонения волхвов». Таракана же мне потом принесли в кофейной чашке — в кафе напротив, на завтрак. Кофе в чашке, по счастью, ещё не было, и таракан был бесславно унесён на кухню.

Звезду дорисовывала уже в самолёте Милан-Франкфурт. Карандашики, хоть и Faber-Castell, очень слабо передают сочные краски, увы. Пришлось возюкать несколько раз по одному и тому же месту, чтобы хоть как-то разнообразить скудный набор цветов.

     

69. А эти ребята неожиданно пошли у меня «на ура». Одна из соучениц выложила свою копию, все похихикали над запутанностью рук персонажей, а я вдруг прониклась мощной чувственностью картинки. Они живые. Рисовала с большим удовольствием, летя уже из Франкфурта в Питер. Нечаянно рассыпала все свои карандаши на синий ковролин люфтганзовского аэробуса. Всю дорогу просидевший в наушниках парень в кресле напротив любезно помог собрать.

Вспомнила, как ижевские коллеги на стенде в Милане рассказывали о голландце, что отважно отправился в одних носках в туалет в российском поезде, его русская жена ещё еле успела поймать за рукав. И посмотрела на свои ноги в одних носках — всегда стараюсь разуваться в самолёте, там вполне это можно. Даже в туалет ходить.

    

70. Ну и совсем уже для проформы — чтобы закончить неделю персов — попробовала взяться за обильный цветами и насекомыми декоративный орнамент. Начало карандашами было многообещающим, но трудности я сочла непреодолимыми, да и уже объявили неделю Матисса, и я с лёгкой душой пожертвовала персами. Точнее, быстренько домалевала жирными масляными мелками, да и сбыла с рук. Уф.

Впрочем, рисовать птиц мне понравилось. И вообще, несмотря на всё так же дурно понимаемые пропорции, набрасывать успеваю всё быстрее и быстрее. Хоть что-то…

Заглавное фото — съедобные хлебные человечки в кафе на углу, там где ещё тараканы — любители кофе. Больше мы туда и не ходили, переметнулись на сторону «Равенства (а также «Свободы и Братства»). «Я для еды» — написано на табличке с ценником.

You may also like