Медленно и правильно

Дети приготовили курицу карри и вымыли полы к моему приезду. Не ожидала ни того, ни другого, и мне приятно.

В аэропорт Арланда поднималась на эскалаторе от Арланда-Экспресса под Аббу, конечно же. Chiquitita. Разулыбалась почему-то, стала подпевать.

Наконец-то — удобство сообщения, на жёлтом поезде за 20 минут от центра города до самого терминала. Первый опыт — когда добиралась из аэропорта автобусом-электричкой — занял больше часа.

Умилилась, как маленькая, стойке для самостоятельного распечатывания посадочных талонов. Выбрала русский язык, поколебалась, не сменить ли место… Никогда просто прежде не пользовалась. Всегда перестраховывалась, печатала бумажку до прибытия в аэропорт.

При входе на досмотр пришлось выпить оставшийся от завтрака оранжевый смузи, эх, прощай, здоровый образ жизни.
Умиления хватило ещё и на то, чтобы ткнуть в самый позитивный смайлик на выходе — досмотр оставил самые приятные впечатления, мол.

В зоне дьюти-фри раздалась русская речь. Энергичная пара сновала между стойками с вином. Примитиво для меня не нашлось, ладно.

В просторных переходах вдруг взглянула на пол — а там окаменелости в граните, или из чего эти плиты. Погуглила, что за продолговатые звери, нашла только белемнитов, но вроде это не они.

Чувствуя себя из-за этих когда-то живых, а нынче каменных существ не вполне уютно, пошла на паспортный контроль. В соседней будочке пограничник игриво напел «New York, New York», выяснив, что проверяемый джентльмен летит туда.

Лететь обратно было не столь френдли, как туда. Сосед пришёл напористый, мы с ним слегка повздорили из-за места под багаж (тариф Go Light — не самое приятное, хоть и экономичное дело). Двинул меня локтем, разворачивая свою шведскую газету… По счастью, вскоре поменялся местами с женщиной, телефон которой был настроен на один из скандинавских языков, но и лицо, и устный язык оказались вполне нашими.

А личина улыбчивой и всё принимающей европейскости слезла с меня практически моментально, едва приземлились. Обгонять, вставать впереди, эмоционировать без особой на то причины — на столпившихся на переходе людей и машины… Бытие немедленно определило сознание. Стало немного стыдно, когда увидела это за собой.

Надоевший к концу марта снег, немытые машины, слишком громкая музыка у слегка чересчур свойского водителя. Спокойствие, я дома.
Адаптация к дому отчего-то проходит дольше и не так приятна, как когда летишь «туда».

Впрочем, наверно, это элементарная усталость. В первую голову, от затянувшейся зимы. Несправедливость — город Стокгольм находится на той же параллели, что и город Петербург, а там уже подтаяло, и солнце светит горячо.

Дома нестерпимо захотелось отоспаться и — булочек с корицей. Даже сквозь лень и усталость захотелось заняться-таки выпеканием банана бредов, морковных пирогов и этих самых фирменных плюшек фрёкен Бок, усыпанных хрустким жемчужным сахаром.

И ещё — захотела, чтобы везде можно было купить те самые мини-морковки для перекуса, помытые и удобно упакованные в карманные пакетики. Чтобы не шоколадными батончиками едиными могли перекусывать наши люди. Опять о еде..

Второй день уже дома, а состояние, что ещё не здесь, не отпускает. Видимо, и вправду твой мир становится слегка иным при перемещении. Немного более хрупким, шатким, не-таким-как-обычно.

А может, экспресс-поезда и самолёты со своей скоростью мешают тому, что «должно происходить медленно и неправильно»? Может, я зря кляну неспешный способ добраться от аэропорта, который использовала в первый раз. И долгая электричка от станции Märsta до станции Älvsjö была в самый раз, чтоб прожить этот самый переходный момент?

И может быть, аэропорты неспроста придуманы так изощрённо, с этими двумя часами до отлёта, когда ты должен пройти по их коридорам, очередям и траволаторам. Отсидеть и отстоять положенные минуты в зоне ожидания, устав таращиться на товары в ярких магазинах, выпив ненужную, в общем-то, чашку кофе.

Написав и позвонив всем, кто будет ждать. И потеряться на время, исчезнуть со всех радаров, включив режим полёта.

Заглавное фото — фрагмент афиши Королевского драматического театра «Пер Гюнт».

You may also like