Дрезден-Берлин

В окно видны два шпиля с часами. Циферблат ночью светится. Колокола отбивают исправно каждую четверть часа. Еще в понятие «вид из окна» по стандартам Accor hotels, входит вид на крышу с лужайкой из полевых цветов. Неплохо. Тишина, надо сказать спасибо, замечательная. И кондиционер наконец. После дождей наступает жара.


В пекарню на бреющем влетел воробей. На уровне роста человеческого ребенка. Куда-то под стол юркнул. Завтракающие, с чемоданами, как и я, обрадованно заулыбались. А semmel, который мне подали сегодня с сыром и ветчиной, — это круглые булочки zsemle из венгерского детства, вот и еще кусочек пазла встал в моей голове.

České dráhy в spolupráce с Дойче баном везут меня. Поезд «Прага-Гамбург». Эх, Гамбург я так и не включила в свой маршрут. Надо поехать. Прагу было включила, но устрашилась прожженной туристичности красивейшего же города, и убралась обратно в Германию.

Что-то все же ведет меня. Оглядываюсь на сидящих на замусоренном полу вагона звонких девиц-итальянок, девушку с собакой (миска с водой перед песьей мордой), — некрасиво радуюсь: сижу на последнем незарезервированном месте.

Говорливые девицы сначала аппетитно жуют бутерброды и читают вслух новости. Ближе к Берлину одна из них кратко экзаменует других: «Prego?» — «Bitte!», отзываются те. «Uscita?» — «Ausgang!». «Eingang?» — «Entrata!» («…libera») — на автомате додумываю я.

Аа! Автоматизированный туалет! Кнопка открывания-закрывания двери, кнопка блокирования замка… Как бы не перепутать кнопки слива воды и экстренного вызова… Я уже люблю Ческе драхи.

   

И что-то уже мешает мне наслаждаться отпускной ленью — стыдно сидеть и ничего не делать. Девушка рядом, полюбопытствовав, есть ли тут WLAN (есть-то он есть, но не работает ни фига), вытаскивает ноут. Работает: таблички составляет, письма пишет. А вот интересно: у нас в официальной переписке не приняты ни «дорогой», ни «любезная». А у них сплошь «dear» да «liebe». Как они выражение этих чувств пристегивают к своей деловой корреспонденции? Зачем? Что чувствуют сами при этом?

Berlin, Lehrter strasse, SOS-kinderdorf — тут я живу

Захватывающие дух просторы, зелень, «загородная» свежесть от реки, хоть и жаркий день. Самый центр города как будто… Не знаю истории — неужели как разбомбили подчистую семь десятков лет назад, так и не застраивают?

    

Вышла ближе к Шпрее, только приладилась фотографировать указатель на Alt Moabit, — в поле видимости сразу оказался стеклянный купол Рейхстага.

   

Тиргартен, памятник советским воинам. Памятные таблички: майор 21 году от роду и рядовой на 10 лет старше… Герои Советского Союза. Многие фотографируют. Сталинский стиль. Девушка бодро позирует у пушки, сделав пальцами V-Victory.

      

Сворачиваю из парка, пройдя мимо щемящего памятника погубленным геям. Параллелепипед похож на один из еврейского мемориала (в полуквартале). А внутри, за захватанным пальцами темном окошком — крутят кинокадры с целующимися арийскими парнями. Преследовать могли и за одни лишь поцелуи. И кастрировали, и сажали на долгие сроки. Лесбиянок не сажали, но их репрессии касались тоже.

   

На пути к торговому моллу набредаю — совершенно случайно — на инфостенд о бункере фюрера. Не знала, спасибо безотказным maps.me. Ну, почти безотказным: иногда на ходу приходится подолгу ждать, пока определит мое местонахождение. В остальном спасали, иногда просто из безвыходных положений, куда заводил меня мой топографический талант.

На месте построек бункера, которые когда-то сровняли с землей подчистую, сейчас жилые дома, газоны, парковки. Многоквартирные дома в восточногерманских традициях, похожие помню с Венгрии: блочные с фасадами в мелкий камешек.

В молле спасаюсь от жары, пользуюсь отличным вседоступным вайфаем, перекусываю. Куда дальше? Еще я не видела чекпойнт Чарли. Все равно номер готов будет в три. Раз уж я ушла из того угла города (а гуляю принципиально пешком), буду гулять до упора. Потом пойду и сразу буду отдыхать.

          

Via del Muro, Mauerstrasse — улица Стены. Немного мешаю русской экскурсоводше, ведущей парня и девочку вдоль фотощитов с историей стены. Отступаю на два шага к проезжей части, беру свой ритм.

Наверно, тот, кто ведет меня, намеренно выбрал для меня такой маршрут: из земель привычной сытой и благополучной Западной Германии провести меня по бывшим Восточным территориям. В Эрфурте вспомнились детские ощущения от Венгрии, в Лейпциге очень многое напомнило Москву. В Лейпциге и Дрездене жива и лелеема память о событиях 1989-го.

А уж в Берлине, с его остатками стены по всему городу, как нигде горько вспоминается история. На одном из самых туристических, раскрученных мест, где «мильон меняют на рубли» — КПП Чарли, — читая и рассматривая щиты, я вдруг не смогла удержаться и разревелась. Где-то между Кубинским кризисом и Пражской весной. После Польши и Венгрии 56-го.

И 1956-й был так нам близок в 1981-м, когда выпустили — через 25(!) лет — его участников. Тогда нас в школе предупреждали о возможной чрезвычайной ситуации по такому поводу. Детям советских военнослужащих в те вечера лучше было пораньше возвращаться домой…

Перед Рейхстагом с его готической надписью Dem Deutschen Volke, в толпе селфящихся и селфимых — вижу парня в красной футболке с белым кругом и черной схематической виселицей в нем. Надпись — та же. Жуть.

По всей Восточной Германии (может, в Мюнхене и Нюрнберге просто не обращала внимания) — на заборах, на столбах, в туалетах: FCK NZS. Особенно удивляет, что в туалетах: не пошлости какие-нибудь ожидаемые, а вот это. Фото из Эрфурта.

Излучина Шпрее рядом с вокзалом — люди плотно наставили шезлонги поближе к воде. Музыка, кафе, берлинцы коротают вечер рабочего дня. У моста чернокожий выдувает в кларнет милую сердцу слабую долю. Жаль, он один: приходится додумывать мелодию.

Прямо перед главным вокзалом Берлина — импровизированная ярмарка, совсем как где-нибудь в глуши в воскресный день: сосиски, свежие соки, греческая еда, дурашливые площадные представления…

В открытое окно моего душного номера с Инвалиденштрассе доносится шум машин и налетают на свет обрадованные комары. Фумигаторов на рецепции нет. Пришлось махать полотенцем. Вот, перебила себе весь сон, а вставать в пять утра.

You may also like