Майские источники вдохновения-2, или Пока не начался джаз

Выходные начались в среду даже, когда я шла пешком через город (догнать и перегнать Воденникова!) и старалась увидеть красоту в пасмурном. По дороге попался осколок зеркала. Троллинг, подумала я. Но вернулась и сделала надоедливый снимок.

Четверг — Книжный салон, ага, радость — нежный привет собачке Чуне и ее хозяину, приобрела-таки раритетный ежедневник «Трое в банке», прикопаю теперь, чтоб хихикать на досуге. А писать в нем нельзя, нет. Бумага-то глянцевая!

Пятница — небеса цвета индиго и сахарно-белый Смольный собор на их фоне, как сладчайшее обещание.

А суббота — подарок от сестры, экскурсия по интерьерам и на крышу Дома Книги. Того самого, где я нанималась на первую после получения диплома работу, за что огромное спасибо Ирэне Каспари. И того самого, где Бузыкин обсуждает с главредом — кого переводить, а чье издание временно приостановили, из-за политических взглядов…

Отреставрированные офисные интерьеры бывшей штаб-квартиры компании Зингер и вправду не подкачали. В одном лишь месте я придралась к откровенно уж строго ампирной люстре — в окружении разгула лилий, кривых линий и тотальной асимметрии. Оказалось, люстра самая что ни на есть местная, живет в Доме Книги очень давно. Ладно.

     

Виды с крыши все участники постарались отщелкать и так, и сяк, конечно. Мне запало в память упоминание о единственном в России криволинейном стеклопакете, примененном в остеклении самого главного шара на здании. Стекло еще и с фацетом, и это очень красиво вблизи.

Вернулась домой — еще из-за двери услышала, как мои дети в два голоса поют. И играют. Благо есть и гитара, и укулеле. Неслышно, чтоб не зашуршал, поставила пакет с продуктами, включила диктофон. Записала что-то русскоязычное. Думала, будут протестовать. Нет, не стали: когда я явилась пред их очи с телефоном, чтобы их сфотографировать, не моргнув ни одним глазом продолжили петь. Поколение селфи, — немного запоздало вспомнила я.

На воскресенье в планах была экскурсия Павла Перца по Петроградке. Обществу велено было собираться в сквере дома 21 по Каменноостровскому, у бюста Ильича. Общество, как всегда, изначально рассеянное по окрестностям — ни дать ни взять праздные прохожие, — как будто во флешмобе (вот-вот и запоют переодетые простыми горожанами солисты Краснознаменного ансамбля песни и пляски!), завидев предводителя, соткалось в плотную группу. Когда закаленный Павел, бросив к постаменту свой рюкзак с «библиотекой», стал стаскивать с себя куртку, к нему со скамейки недовольно обратился нетрезвый отдыхающий, мелированностью волос и бородкой косящий под Гарика Сукачева. Мол, что это вы тут раздеваетесь? Перец съязвил, что, мол, сейчас состоится сеанс всеобщего эксгибиционизма. Гражданин обиделся и потребовал, чтобы к старшим имели уважение и с ним же к нему и обращались. Ссылался на свои седины. Выяснилось, что Перец старше его на пяток лет.

Мы узнали, что на месте бюста основоположника и провозвестника прежде стоял памятник Пушкину, что здание невыразительной архитектуры — бывший Александровский Лицей. Что там учился и писал потрясающе глумливые строки о преподавателях и притеснениях юный, но уже желчный Салтыков-Щедрин. Притеснения: треугольный карцер, наскучившая говядина и «суконный» черничный пирог. Что, оказывается, еще Пушкин в последний учебный свой день разбил о ступеньку колокольчик, будивший их каждое утро ненавистным своим треском. И с тех пор лицеисты завели традицию ежегодно так же бить колокольцы и изготовлять из них сувениры, — вставлять в оправу и носить как знак причастности к братству Лицея (фото отсюда).

Прошлись по дворам дома Трех Бенуа, полюбовались на предусмотренные братьями архитекторами уже тогда, в начале XX века, гаражи для личных авто. Оценили практичность облицовки фасадов шведским горшечным камнем, который прекрасно держит тепло. И уже чуть позже я прочитала, что в этом — VIP по тем временам — доме были предусмотрены не только мусоросжигательная печь и электростанция, а и снеготаялки!

И накануне в Доме Книги мы насладились видом изящно спроектированных клепаных паро-снеготаялок, переходящих в водосточные трубы. И выведены эти трубы во внутренние дворы — дабы не портить красоты фасада (фото позаимствовала отсюда).

Налюбовались на фасады «Дома с башнями», где сейчас живет Русская Антреприза. Сколько там знаков разной степени загадочности! И полюбившиеся мне в последнее время циркули, и лошаде-драконы, и знаки зодиака (фото отсюда).

Поупражнялись в остроумии над эксцентричностью архитекторов ДК Ленсовета, спроектировавших единственный, ма-а-аленький такой балкон, на протяженном фасаде здания. А на месте ДК прежде был Sporting Palace. А в словаре Брокгауза и Ефрона, оказывается, определение понятия «Спорт» — весьма любопытно и обширно. И птицеводство, и склейка домиков, помимо хождения на ходулях и игры в крикет, также могут быть отнесены к занятиям спортом.

     

Выходные, как уже не раз в этом мае, просто удались. Просто «держи меня, будь со мной, храни меня, пока не кончился май».

You may also like